Совок 2.0 как метод сохранения колониального управления над Россией

молодые коммунисты

Тема этой статьи актуальнее, чем автору хотелось бы. Тем не менее, мы попросим дорогого читателя выдержать довольно длинное рассуждение общего свойства. Поверьте, в данном случае это необходимо.

 

Нет ничего более живучего, чем идеи. В особенности – идеи вредные. Они как сорняки: как их не выкорчёвывай, они прорастают в душах человеческих снова и снова.

 

В первую очередь это касается людей, связавших свою жизнь с той или иной идеей – или хотя бы живших в эпоху её господства. Такой человек редко может по-настоящему освободиться от идеи, однажды им завладевшей. Даже если он осознал её ложность – она уже пустила в его душе глубокие корни.

Сказанное касается любых идей, начиная с научных. Не редкость ситуации, когда умные и свободомыслящие люди – например, учёные – категорически не приемлют новых теорий, потому что те подрывали какие-то дорогие их сердцу представления. Например, Эйнштейн категорически не принимал квантовую механику – поскольку был приверженцем классического детерминизма. И это вполне объяснимо: детерминизм был частью научного мировоззрения на протяжении двухсот лет.  Эйнштейн, будучи самоучкой и неофитом, воспринял существующее «научное мировоззрение» некритически – и застрял в нём на всю жизнь.

 

То же самое относится и к идеям политическим. Тут всё совсем плохо: даже разочарование в политической идее не обязательно приводит к освобождению от её влияния. Например, автор этой статьи регулярно сталкивается с людьми, которые считают себя антисоветчиками, но мыслят исключительно в рамках советского марксизма. То есть советскую власть они считают гадостью, но при этом у них в голове цветёт и пахнет «магистральный путь истории», вера в «общественные формации», которые сменяют друг друга, бытие у них определяет сознание, а общество устроено из сурового экономического базиса и презренной надстройки, где «наука, искусство там всякое, разговорчики разные, вся вот эта болтовня»[1].

 

Некоторые, не стесняясь, даже и называют себя марксистами, а то и ленинцами. Куда уж дальше-то.

 

В таких случаях люди поумнее вздыхают, разводят руками, и говорят, что идеи умирают вместе с их носителями. Дальше обычно приводится пример с Моисеем, сорок лет водившим свой народ по пустыне, «доколе не умерли все, рождённые в рабстве». Далее обычно поётся гимн новым поколениям, которые вырастут свободными от старых ложных идей. И устремятся в сияющие дали прогресса.

 

Эта вера особенно отличала людей, антисоветски настроенных. С печалью глядя на сборища старичков и старушек с красными знамёнами, они вздыхали и говорили – «когда-нибудь все эти бабки и дедки умрут, а молодёжь вырастет при рынке и капитализме, вот тогда-то и заживём».

 

Автор этих строк – будучи последовательным ненавистником всего советского – когда-то и сам разделял эти наивные мечты. Он тоже думал, что советские люди когда-нибудь перемрут. А новые поколения будут избавлены хотя бы от этой заразы. При этом автор понимал, что появятся новые мерзости левого толка, но вот от классической советчины, с любовью к товарищу Сталину, ГУЛАГу и истреблению инакомыслящих, а также терпимостью к нищете, забитости и прочей «социальной справедливости» в советском смысле и т.п. всё-таки покончено.

 

Теперь я пришёл к выводу, что эти надежды были ложны и тщетны. Хуже того: если советчине суждено возродиться, она возродится именно в новых поколениях, не живших в СССР. На что и рассчитывают те, кто сейчас нами управляют.

 

И способствовать этому будут реалии нашей эпохи.

 

Прежде всего – доступность и дешевизна любой информации. В том числе – корпус советской пропаганды, изготовленной как сейчас, так и в советское время. Каковая уже сейчас принимается молодыми людьми за чистую монету.

 

О чём речь. Советская власть была тотально лживой. Это не моральная оценка, а техническая характеристика. Например, только советская власть додумалась создавать произведения искусства (книги, фильмы и т.п.), не имеющие вообще никакогоотношения к действительности, но выдающие себя за её описание. Это стало возможным из-за системы тотальной цензуры, с одной стороны, и «социального заказа» (читай – государственного) с другой. На Западе книга, претендующая на описание реальности и при этом ей явно противоречащая, просто не могла иметь успеха. Скажем, сиропно-благостное сочинение о рабочих с конвейера завода «Форд», которые только и думают, как бы работать ещё лучше и приносить ещё больше прибыли хозяину завода, вызывало бы злобные насмешки в прессе, а сам роман быстро сняли бы с продаж. Советский роман о сталеварах, которые бьются за внеплановые плавки, был избавлен от подобной опасности: никакая советская газета ничего дурного про такой роман не напишет, а рыночные соображения советских не интересовали вообще – книги могли годами и десятилетиями отлёживаться на магазинных полках.

 

А теперь давайте подумаем, как может воспринять такой текст молодой человек, родившийся после краха СССР. Если он его прочтёт и его не оттолкнут литературные  несовершенства текста, он вполне может поверить, что описываемое – более-менее правдивое описание реальной жизни советских рабочих. Конечно, кое-где он заподозрит идеализацию (скажем, в описаниях манер пролетариев), но в общем и целом он поверит. Если же ему попадётся более-менее талантливое пропагандистское изделие – он решит, что «это всё правда».

 

Ещё сильнее действуют фильмы. Современный ребёнок, смотрящий фильм про советскую жизнь – представленную как не очень богатую, но в целом обеспеченную и справедливо устроенную, где нет нищих и голодных, преступления редки и смехотворны, и вообще «всё такое хорошее и доброе» – вполне может поверить в то, что так оно всё и было. В этом смысле какая-нибудь дешёвая «Девочка из будущего» или «добрые советские мультики» являются куда более успешной советской пропагандой, чем «Броненосец Потёмкин». Потому что «Броненосец» можно хотя бы разоблачить как фальсификацию истории, а советский фантастический фильм такой критике не поддаётся. «Ну это же сказка». Но в этой сказке бегают детишки в красных галстуках, над Кремлём развевается флаг СССР, про рыночные отношения никто и слыхом не слыхивал… и весь символический капитал фильма переписывается на советский строй. Где всё было так мило.

 

Если вы считаете, что такого не может быть – вспомните, как вы сами воспринимали  романы Александра Дюма. Большинство из нас до сих пор представляют Францию XVII века по «Трём мушкетёрам» – книжке и советскому фильму. И даже те, кто по прошествии лет больше узнали о реалиях того времени, всё равно никогда не смогут забыть образов волшебной страны, где красивые и смелые мужчины в голубых плащах скачут на лошадях по аккуратным чистым улицам и поют «пора-пора-порадуемся на своём веку красавице и кубку, счастливому клинку».

 

Но. Во-первых, пропагандистская продукция того времени была всё-таки скверно сделанной, халтурной. Во-вторых, ещё живы люди, которые могут рассказать, какой мерзостью была реальная советчина.

 

Однако есть тема, которая крайне важна для усвоения советской идеологии – и где она при этом практически не встречает сопротивления. Я имею в виду коммунистическую пропаганду, направленную против Россiйской Имперiи.

 

Представление о том, что «царистская Россiя» была адом, где до самой революции  крестьян пороли на конюшне, бабы кормили грудью барских собак, мерзкие черносотенцы каждый день устраивали еврейские погромы, а население было неграмотным, тёмным и забитым – и только Великий Октябрь научил народ читать, писать и провёл ему электричество, до сих пор является ОБЩЕПРИНЯТЫМ. То, что всё это – советская ложь и клевета, обвинение жертвы, сочинённые убийцей, понимают только те, кто интересуется историей, и при этом сам не советский по убеждениям. Поскольку с этой ложью никто систематически не борется, новые поколения её так и усваивают – в том числе из советских книжек. Естественно, страшные и мерзкие картины, нарисованные советскими пропагандистами про РИ, являются важнейшей частью советской пропаганды. Люди начинают думать: «да, советская власть была  не очень… но революция была неизбежна, ведь царизм был такужасен». Советским же только того и надо: чтобы их главное преступление – октябрьский переворот – было оправдано. Или хотя бы считалось «понятным и извинительным». Человек, думающий таким образом, для советских мил и дорог: коготок-то увяз, птичка уже поймана. Главное – что человек оправдывает «революцию» и согласен с тем, что в Россiйской Имперiи царила страшнейшая «социальная несправедливость» и «терпеть это было нельзя». «Кровь Ленского Расстрела и Кровавого Воскресенья стучит в наши сердца». А дальше можно вешать ему лапшу на уши на тему – «да, Ленин был плохой, Сталин тоже был плохой, но в целом советская власть была неизбежна, просто не всё получилось».

 

Сейчас именно эту линию современные красные пропагандисты продавливают особенно сильно. Некоторые договариваются в своих исторических фантазиях уже до того, что до самой революции крестьян «помещики пороли на конюшне»[2].

 

Есть и третья линия обороны. Советская власть всячески распространяла клевету на русских как народ. Состояла эта клевета в том, что русским внушали – они, русские, нуждаются в такой власти, как советская. Или, грубее – у русских нужно отнимать собственность, бить их и держать впроголодь, а управлять ими должны инородцы. И только тогда этот ленивый и глупый народ может создать что-то великое (типа – выиграть Вторую Мировую войну или запустить в космос Гагарина). Это мнение КРАЙНЕ распространено в народе и легко транслируется через поколения. Этому способствует, кстати, убогая постсоветская действительность – на фоне которой советские «достижения» смотрятся именно что достижениями без кавычек.

 

Эту же линию советской пропаганды укрепляет представление о каком-то «особом русском пути». Тут в ход идёт всё то, над чем сама же советская пропаганда насмехается. Например, славянофильство и прочие «русские» учения. Из них извлекается только одна мысль: русские не созданы для капитализма и демократии (то есть современной жизни как таковой), у них «свой путь». Через несколько ходов этот особый путь оказывается самой обычной советчиной.

 

Теперь – зачем и кому это нужно.

 

Социализм является не просто странным вывертом мозгов некоторых людей. Социализм – это прежде всего система ограбления стран и народов. Если угодно, он является системой колониальной эксплуатации– причём как бы не самой совершенной из всех возможных. Поскольку при социализме у людей отнимают самую ценную собственность – то есть средства производства – и не позволяют продавать свой труд на свободном рынке, то становится возможным держать людей в нищете, заставлять их работать на «государство», а всё ценное вывозить куда вздумается. Разумеется, это не единственный способ. В современной РФ установился строй, ещё более удобный для ограбления и вывоза. Здесь его называют «рыночной экономикой», однако он совершенно не похож на порядки, существующие в настоящих капиталистических странах. Это «рынок» без реальной защиты прав собственности, без демократии, без прав человека – да и без рынка как такового, так как «рыночная конкуренция» отсутствует, все лучшие бизнесы отданы на кормление нерусским людям или русским мерзавцам, а вся прибыль вывозится на Запад. Такие порядки стали возможными только послесоветского социализма и как развитиесоветского социализма. Однако создатели этой странной экономической модели называют её «капиталистической» и объясняют глупому, доверчивому и дезинформированному населению, что это и есть «настоящий рыночный капитализм». И подталкиваю население к той мысли, что единственным спасением от всего этого является возвращение к социалистическим порядкам.

 

Повторимся: сейчас одним из главных сдерживающих барьеров для левого поворотав россиянской политике является то, что ещё не всё старшее поколение перемёрло. Потому что оно ещё помнит чёрный ужас социализма. Небольшое количество сумасшедших (в прямом смысле слова) бабок с красными знамёнами – ничто по сравнению с этой массой людей, помнящих нищету, дефицит, ужасы армейской «службы», невозможность почитать интересную книжку или поехать за границу, вот это вот всё. Эти люди могут говорить что-то хорошее про СССР, но они не захотят туда вернуться. И никакими словами и картинками его нельзя убедить, что гигантская очередь за синими курами или румынскими ботинками – это здорово, весело и задорно. Он может с симпатией вспоминать какие-то положительные стороны советской жизни, но вот воспоминания о том, как он полжизни простоял в очередях, у него из головы не сотрёшь.

 

Зато новое поколение в этом отношении вполне девственно. Молодой дурак, который портянки не нюхал и в очередях не стоял, зато видел фильм «Девочка из будущего», прочёл книжку какого-нибудь гебешного пропагандона «Оболганный Сталин: величайший вождь всех времён и народов» и просмотрел специально препарированный томик из ранних славянофилов – вполне может стать поклонником СССР. Причём поклонником глухим, фанатичным и верящим всему хорошему, что про СССР рассказывают левые пропагандисты.

 

Но, может быть, это фантазии автора? Давайте посмотрим – на каком-нибудь простом, единичном примере. Вот, например, сценка: коммунистические агитаторы собирают подписи а возвращение Самарской областной библиотеке имени Ленина (это 2015 год). Кто подписывается? Посмотрите на фоточки – молодые люди. Которые, по идее, должны была бы просто плевать в коммунячьи рыла. Но нет! И коммунист торжествует:

Эти снимки – фактически социологический замер идущей в нашем обществе реальной ресоветизации. Можно было представить, скажем 5 или 7 лет назад такой отклик на имя Ленина? Думаю, что нет. А сейчас – это реальность. Люди поняли или почти поняли, что они потеряли, отдав первородство социализма за чечевичную похлебку рынка. И символом утраченного, конечно, является Ленин.

 

То есть – молодёжь ведётся. Это работает.

 

Итак, власть готовит левый поворот. Не как единственно возможную программу, конечно (программ всегда несколько), но как одну из возможностей. Почему бы не попробовать ещё раз загнать глупых русских в советчину? Неплохой способ ещё лет пятьдесят ездить на их горбу и заставлять работать на себя – а не только вывозить ресурсы (которые дешевеют).

 

Что для этого делается? Идёт вроде бы незаметная, но очень серьёзная и хорошо проработанная пропаганда советской власти как чего-то хорошего или хотя бы приемлемого. Особенно хорошо прикормлены сталинисты и ура-патриоты советского типа. Одновременно разжигается ненависть к «бюрократам, чиновникам и буржуям».

 

Делается это, среди всего прочего, усилиями самих же бюрократов, чиновников и буржуев, которые у нас все люди подневольные и слушаются гебню беспрекословно. Как вы думаете, чего это вдруг в последнее время всякие чиновники и чиновницы (это важно) федерального уровня начали говорить какие-то отвратительные и антисоциальные вещи? Всячески показывая, как они далеки от народа и как его презирают? Они охренели и перестали следить за базаром? Нет, наши чиновники федерального уровня если что и умеют, так это следить за базаром. Особенно женщины, аккуратные и исполнительные. И что же это их всех вдруг прорвало? Одна чиновница говорит на публику, что государство ничего не должно людям, потому что не заставляло родителей их рожать. Другая сообщает, что живущим на 3500 рублей в месяц не надо ныть, а надо думать об ужасах войны. Третий советует людям с высшим образованием идти в уборщики. И так далее, и тому подобное.

 

Так вот, это жжж неспроста. Оно санкционировано. У нас без санкции ничего не делается, особенно ежели это не единичный случай. А тут случай явно не единичный.

 

Но слова – это только слова. А их сопровождают действия. Например, абсолютно мерзостные и откровенно антинародные законы типа повышения пенсионного возраста, или обложения налогом самозанятых (то есть – обложение налогами нищих, если называть вещи своими именами). И это только цветочки. Ягодки нас ждут, когда начнётся массовое ограбление самых нищих. Например, остатков русского сельского населения. Для этого ничего особенного делать не нужно: человек, живущий в деревне, полностью зависим от местного начальства. Достаточно повысить (раз в пять, например) налог на землю, потом – задрать цены на электичество, ну и выжимать по полной, пока люди не начнут из деревень разбегаться. А деревни заселят узбеками и таджиками, и им-то уж «создадут все условия». Потому что заселение русской земли нерусскими относится к числу стратегических задач существования РФ.

 

Однако разбежавшиеся куда-то пойдут – вероятнее всего, подадутся в города к родне, ну или просто «как-то выживать». Градус ненависти к тем, кто с ними так обошёлся, у них будет зашкаливающим. Важно, куда она будет направлена. При тотальном подавлении национального чувства она уйдёт в чувства социальные. То есть будут ненавидеть «чиновника-вора» и «ихние порядки сволочные». А дальше специально обученный человек скажет, что эти сволочные порядки называются «капитализм», а вот при Сталине такого не было. А плохие начальники отправлялись в лагеря – искупать вину перед народом.

 

Разумеется, это не единственный сценарий. Можно много чего придумать. Например, начать отнимать у людей жильё (способы есть). Или ввести налог на колбасу (недавно такое обсуждалось). Важен результат: вызвать как можно больше бессильной ненависти. Которую в нужный момент можно будет разжечь до нужного градуса, чтобы привести к власти коммунистов. Именно коммунистов – потому что в обществе формируется запрос именно на «новый большевизм».

 

При этом те, кто всё это делает, ничем не рискуют. Когда – и если – начнётся,они спрячутся на Западе (где уже давно живут их семьи и хранятся их деньги). Если кто и пострадает, так это всякая мелкота. Хотя и это вряд ли.

 

Я не хочу сказать, что всё это непременно так будет. Я думаю, это один из сценариев, запланированных на период 2023-2025 годов, когда придётся решать «проблему Путина» – то есть что-то делать с транзитом власти. Цель которого – не созранение нынешнего режима (он и самому себе не нужен, россиянские владыки мечтают только об одном – чтобы их поскорее отпустили пожить на Запад), а сохранение колониального управления Российской Федерацией.

 

На это можно сказать: а где революционные партии? Ответ прост: они больше не нужны. Вспомните украинский опыт: оба майдана были организованы по принципу «руководящая головка плюс толпа». А вот как раз партии – в том числе предвосхитившие майданную идеологию, например, «Свабода» – оказались не у дел и не получили ничего. То же самое можно провернуть и в РФ. Так что нынешним левым, скорее всего, ничего не обломится. Красная революция прекрасно обойдётся не только без Зюганова, но и без Удальцова – а вот Ходорковский может и понадобится. Хотя в случае нужды обойдутся и без него: всё случится «само собой».

 

И если на такой вариант пойдут – то красные знамёна будут нести не ветхие старушки, а молодые люди, не нюхавшие советской жизни, но убеждённые, что она была такой, какой её рисовали «добрые советские фильмы», просталинские пропагандисты и их собственная фантазия. Искренне убеждённые, что нынешняя власть «такая же, как при царе», а Путин – что-то вроде «царя-дурака Николашки второго». И что пора раскулачить всех буржуев-кровососов и восстановить социалистический строй. Причём пойдут они в одних рядах с родителями, которых сейчас как следует обидят, ограбят и унизят.

 

Сейчас красное дерьмо накапливается в головах. А когда придёт время – умные люди туда бросят пачку дрожжей. Долго ждать результата не придётся.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

[1] Такие воззрения при этом могут прекрасно совмещаться с активной деятельностью «надстроечного» плана – например, публичной политикой. В этом смысле мне очень запомнились политические дебаты Игоря Стрелкова с Алексеем Навальным. Несмотря на то, что дебатирующие являются политическими антагонистами и при этом придерживаются антисоветских убеждений, стоило Стрелкову заговорить про «базис и надстройку» (обвиняя Навального в «надстроечности программы»), как Навальный стал ему отвечать на том же языке.

 

[2] Напоминаем: крепостное право (в которое входило и помещичье судопроизводство) было отменено в 1861 году. Порка как вид наказания отменена не была – но перешла в ведение волостного суда, где заседали крестьяне. То есть если кто кого и порол, то крестьяне – крестьян.

 

Стоит также учесть, что большевики крепостное право восстановили, превратив советских крестьян в государственных крепостных, ограниченных в праве перемещения по стране, вынужденных работать за «трудодни» (аналог барщины) и сдавать продпоставки (продуктовый оброк). Что касается наказаний, то они стали страшнее: за малейшее неповинование колхозник попадал в «органы», где его могли жестоко истязать, а потом отправить в лагеря. Банально, но в наше время стоит проговаривать даже это.

 

Константин Крылов, АПН

Рассказать

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *