О том как русские развалили СССР и как за это их ненавидят советские

О том как русские – эти недобитые кулаки и золотопогонники, во главе с Солженицыным, развалили СССР и как советские во главе с многонационалами его спасают. Зачем забывают советского Егора Гайдара?

Рассказать

Бывает порою, что всё яснее некуда. Разумеется, в рамках умственных способностей и нравственных наклонностей индивида.

Допустим, у одних массовая истерия вокруг столетия Солженицына не вызвала никаких вопросов: мол, горемычный советский народ наконец-то понял, кто ему враг и кто ему друг. Разумеется, друг народа – это Сталин, источающий одоры «Красной Москвы» и малиновое варенье.

Другим тоже всё понятно: нетрудно догадаться, что каким-то людям за сценой, гораздо более серьёзным и психически уравновешенным, чем тем, кто покупается на «Солженицын бомбить Советский Союз», нужно, чтобы любое упоминание о душегубстве, творившемся в ленинском и сталинском Совдепе, объясняли «Архипелагом ГУЛАГ». Экая зловредная книжка: и читать-то её невозможно, а скольких плохому научила, какую страну разрушила!

Дальнейшее развитие мысли уже экстенсивно. Например, если Солженицын «всё придумал по указаниям ЦРУ, потому что власовец и русофоб», то все сомнительные архивные документы «нарисовал Яковлев»: не могло же в СССР быть квот на расстрел и просто так не сажали, только за измену Советской Р-р-родине, бандитизм, хищения, изнасилования! А сборники документов и монографии сочинили по заказу фонда Сороса! А Вавилова и Королёва посадили за растрату народных денег!

Если дело происходит в сети, уже обыкновенно, что находится персонаж, слыхавший в прошлом веке от старого партийца или от деда-смершевца про золото-бриллианты, находившиеся у всех расстрелянных. И он же или другой, очень похожий, объяснит, что это Вавилов с троцкистами устроил колхозный голод – и робят малых поморил, и бандеровцам козырь дал.

Или наоборот. Люди, не поддавшиеся на «Солженицын бомбить Советский Союз», разумеют: логично предположить, что тот, кто слюнявит: «Солженицын спрятался от войны в лагере и возненавидел русский народ, а Шаламов не озлобился, остался коммунистом…», – вскоре дозреет и до мысли о том, что Шаламова тоже правильнее было бы расстрелять, чтоб не клеветал. И про дедов-смершевцев и внезапные открытия о злодействах Николая Вавилова тоже всё понятно. «Люди работают». Это не окна Овертона растворяются пошире, это врата адовы.

Но порою стоит заглянуть подальше. Даже не вглубь, а куда-то в сторону. И тогда открываются совсем уж интересные перспективы.

Например, если сопоставить красную пропаганду 90-х и сегодняшнюю, в глаза бросаются, как на парной «загадочной картинке», очень заметные отличия. В данном случае, речь не о том, что красная пропаганда 90-х пыталась падшего, обманутого и оплёванного советского человека хоть криво-косо, но ободрить и укрепить, а нынешняя, если вчитаться по-настоящему, занимается скорее обратным: «Йоу, ниггаз! Великий Мганга слепил вас из навоза, но вы оказались недостойны Великого Мганги, слишком много в вас плохого навоза! Поэтому Великий Мганга, если вернётся, должен будет отделить хороший навоз от плохого…» Разобраться, что именно произносится красными пропагандистами под видом «взвейтесь да развейтесь» и зачем это делается – тема богатая. Приложив некоторую наблюдательность и умственные усилия, можно догадаться, что у истоков этой речки Мазутки находятся люди не только циничные, но и злонамеренные. Но поищем различия не в посылах, не в настроении, не в акцентах, а именно что в деталях.

Что появилось, что пропало? Горбачёва как проклинали, так и проклинают. Яковлева – который «историю фальсифицировал». Ельцина, превратившегося в «Ельцин-центр»… Стоп! Ведь вместо фамилии Солженицына в 90-е – 2000-е на все лады склоняли какую-то другую литературную фамилию… Вот же! Куда исчезли гайдаровские реформы? Куда из красных забранок подевался Егор Тимурович Гайдар, архитектор постсоветского недокапитализма?

То есть отдельно взятые граждане России, как правило, неплохо помнят, что был такой, малоприятный и даже ненавистный большинству Егор Гайдар. О нём лихо писал, например, Александр Проханов, как о похожем на гомункула чудовище, от чёрной ауры которого переставали плодоносить поля и женщины. Забыть этого персонажа невозможно. И коммунисты, и нисколько-не-коммунисты по-прежнему нередко поминают Гайдара недобрым словом. Но вот из списка основных проклятий и кощунов, для красных явно где-то утверждаемого, имя Гайдара отчего-то выпало.

Вот буквально. Было: «предатели Горбачёв и Яковлев, Ельцин и Гайдар»Стало: «предатели Горбачёв и Яковлев, Ельцин и Солженицын».

Скажете, Гайдар давно уже умер, вот и злость к нему сходит на нет? Он умер 16 декабря 2009 года, до последнего оставаясь лидером системных либералов да ещё и отцом весьма раскрученной Марии Гайдар, успевшей совсем недавно из российского политика превратиться в украинского. Ельцин умер в 2007 году. Александр Яковлев – в 2005. Чем на самом деле занимался Яковлев, проклинающие его в большинстве забыли или не знали – слыхали только, что его «давно завербовали» в Канаде и он стоял во главе тех, кто отравил простодушных советских людей клеветой на «лучшую в мире страну».

Александр Исаевич Солженицын скончался 3 августа 2008 года. При этом (после того, как он в 1994 г. вернулся в Россию и быстро был отлучён от Первого канала за неподдержку ельцинско-гайдаровского курса) его присутствие в РФ в 1995-2008 гг. замечалось фрагментарно и эпизодически. Безудержный госкульт Солженицына с изучением «Архипелага» чуть ли не в детском саду существует разве что в больном воображении большевизанов, закатывающих истерику, прочитав, что молодого Георгия Жукова желают увековечить в «белогвардейской» (то есть русской) форме, и снимающих своих детей с плакатиками: «Я хочу изучать в школе «Как закалялась сталь», а не «Лисичкин хлеб» власовца Пришвина».

Теперь давайте подумаем, зачем же образ одного из самых непопулярных персонажей новейшей российской истории (проклинавшегося единогласно «и красными, и белыми»), явно заменяют на образ писателя, которого в 90-е уважали и оставшиеся у разбитого корыта советские лоялисты: «Напрасно Солженицын при Брежневе так на советскую власть бочку катил – жизнь уже нормальная была. И Ленина зря чёртом изображает. Но он же за русских, правильно про плюралистов и банкиров предупреждал!»

Первая причина валяется на поверхности. Нужно спрятать лишние ответы на вопрос «Что уничтожило СССР?».История Егора Гайдара – это хроника экономической болтанки, сначала советской социалистической, потом как будто антисоветской капиталистической. Гайдара можно было ругать последними словами, но те, кто это делал в 90-е, помнили, что «рыночные реформы» многие поддержали, ибо казалось, что к концу перестройки дальше падать было некуда. И перестройку с хозрасчётом поддерживали, ибо к концу застоя многим было тошно, скудно и бесперспективно.

Чтобы доказать непогрешимость советской системы, нужно перевернуть марксистскую же идеологию с ног на голову: мол, советский экономический базис был безукоризнен и неуязвим, но злодеи расшатали идеологическую надстройку. Сталин сотворил СССР совершенным, брежневская экономика была экономной. Главной проблемой СССР изображают нехватку догматизма и жестокости.

По прошествии трёх десятилетий и под обтачивающим прибоем пропаганды обстоятельства советского краха стёсываются в памяти даже тех, кто во время перестройки был во вполне сознательном и ответственном возрасте. И тем же самым людям, плевавшимся на советские дефицит и обшарпанность, успешно сегодня внушается, что они буквально с жиру бесились, что «вторая экономика мира» с лихвой удовлетворяла все их потребности, внушая ужас обречённому на гибель капитализму.

Одолеть СССР можно-де было только диверсионным путём. И никакой бы дефицит, искусственно созданный что Горбачёвым, что Ельциным, что вредителями-теневиками, не довёл бы государство до неуправляемости, а население до тупой апатии, если бы не идеологическая диверсия, на которую мировое зло поставило «либерала Солженицына».

Мысль о гнилости советской «дружбы народов» тем более не допускается: всё было прекрасно, и в «новой исторической общности» никто не сомневался, но Горбачёв и Яковлев дали отмашку выпустить из подполья недобитых фашистов, а Солженицын «прославлял бандеровцев и оправдывал власовцев».

Ещё немного – и даже версия об экономическом саботаже перестройщиков отпадёт за ненадобностью. Это, мол, всё Солженицын, внушивший советским буратинам-несмышлёнышам, что обожаемый народом Сталин был плохим, что Советский Союз – кровавый и страшный и нужно его сломать. В данной версии русскоязычные советские россияне выставляются полными идиотами, но мы уже заметили, что из новой красной мифологии тезис об идиотском предательстве народа неизымаем – а боль от самобичевания должна заглушаться ненавистью: что такое наше детское лопоухое предательство в сравнении с настоящим злодейством Солженицыных!

Что примечательно, предательство это, раньше главным образом объяснявшееся «бочкой варенья да корзиной печенья», «джинсами и жвачкой», ныне всё больше сводится к мыслепреступлению. Советского человека в этой ретроспективе купили уже не лживыми капиталистическими посулами: у него, мол, и так всё было – Запад плакал от зависти. Нет, совчеловек позорно грехопал, поскольку поверил злому поклёпу на великого Сталина и прочие советские святыни: «Покаяться захотели, власовцы!»

Заметим: понятие «покаяние» не случайно закрепляли за весьма специфической публикой, зачастую плохо его разумеющей в силу национальной культуры, но противоположность покаянию – это окаянство. Советские либералы, внучата Арбата, отнюдь не каялись – они окаянствовали словом и делом. Сегодняшние красные, приписывая дела совлибов Солженицыну и другим русским, делают окаянство стержнем новой красной идеологии. Об эффективности плановой экономики и реальности классовой борьбы пока что ещё допустимо поспорить, но «власовцами» объявляются именно те, кто называет окаянством большевистское отцеубийство и братомучительство. Верным же считается тот, кто уже не столько не отрицает подобные дела, сколько рассуждает о них с окаянским цинизмом и сожалеет лишь о том, что советская власть не повывела измену под корень.

Можно предположить, что точка зрения «Всё зло оттого, что покаялись!» для каких-то целей даже полезнее, чем кажется. Ведь мало, что любые самые омерзительные стороны советской действительности так объявляются то ли не бытовавшими, то ли правильными. Едва ли не важнее, что из тоски по социализму таким образом улетучивается обидное воспоминание о том, что его продали «за бочку варенья». Социализм предстаёт не царством аскетического духа, которое разрушили из глупой жадности, а наоборот: золотым веком материального благополучия, разрушенным пагубными, но всё же духовными исканиями. Не дух сокрушило брюхо, а брюхо протаранили духом.

Зачем эта подмена памяти (если вдуматься – советских отнюдь не возвышающая) может пригодиться? Например, она понадобится на случай, когда придёт пора купить воздыхателей по советскому пломбиру за новую «бочку варенья» – только уже не капиталистическую, а социалистическую. Тем, кто будет ждать скорейших благ от незримой мозолистой руки социализма, лучше не вспоминать, что так же губошлёпо надеялись на незримую руку рынка.

Вторая причина для забвения Гайдара и демонизации Солженицына – неудобный вопрос «Кто уничтожил СССР?». Начисто забывается, что СССР был окончательно взорван мятежом украинской партноменклатуры и КГБ УССР, а возможность сохранения союза РФ с Белоруссией и Казахстаном была похоронена именно в ходе консультаций Ельцина с Гайдаром. Вроде как Ельцин опасался хитроумного Назарбаева, а Гайдар утверждал, что РФ готова к реформам, а Белоруссия не готова. Может быть, впрочем, с новых хозяев Кремля попросту потребовали серьёзных отступных… Во всяком случае, славянский союз на территории бывшей России, о нужности сбережения коего в 1990 году писал Солженицын, похоронили отнюдь не «белогвардейцы», а первый секретарь МГК КПСС Ельцин, завотделом агитации и пропаганды ЦК КПУ Кравчук и сотрудник журнала «Коммунист» Гайдар.

Система убила себя и обновилась – по-мародёрски расчётливо. Уж какой феникс – такое у него и самосожжение.

Но вот если «СССР развалил Солженицын», выходит, что в 90-х и нынешнем состоянии России виноваты русские – «белобандиты», «золотопогонники недорезанные», «кулачьё затаившееся», «дожидавшиеся своего часа власовцы». Тогда Горбачёв, Яковлев, Ельцин – не высшее звено советской номенклатуры, а всего лишь такое же недобитое «кулачьё» (т. е. русские мужики), как и Солженицын. А был бы на их месте, положим, Кургинян – сегодня, глядишь, Советский Союз великодушно посылал бы продуктовую просрочку драпающим из Европы американцам.

Если же ключ-фигура 90-х, открывшая ворота «огню, и гладу, и прочим реформам» – Егор Тимурович Гайдар, то получается нехорошо. Выходит, советскую систему с её немалыми ценностями и благами разломали не «власовцы» какие-нибудь, а люди из советской же элиты. Причём не только обкомычи и газпромычи, возжелавшие настоящей власти и настоящих денег, а какие-то совсем уж особенные, особо проверенные и доверенные люди, которым ни денег, ни власти вроде бы не было нужно.

Ярчайший симптом сегодняшней краснухи – помешательство на теме измены. Если же архетипическую фигуру тысячепроцентного советского переметчика пытаются спрятать в тень, это зачем-то нужно. Допустим, для того, чтобы снять подозрения с интеллектуальной обслуги красной идеологии.

Новый советский человек должен быть готов признать изменником любого и в глубине души скорбеть о том, что принадлежит к негодящему, насквозь предательскому народу. Подозрению подлежат учёные, артисты, писатели, космонавты, фронтовики, советские дети. Можно вычитать, что Горбачёв-де ещё пионером полицаям помогал – оттого-то предатели в советских органах его и приметили, поставили на лыжню. Того же Александра Яковлева подозревать начинают ещё с войны: Канада Канадой, но не мог же советский идеологический работник стать готовым к предательству, перечитав марксистских правильных книжек! Наверняка биография у него липовая, власовец он скрытый, как и Солженицын! «Среди воевавших было полно предателей». А кто где взаправду воевал, определить способны только особые люди – вроде тех, кто про деда-смершевца порой откровенничает. В сети таких немало. Они всегда антисоветские фальшивки запросто раскусывают, а с рассказывающих про репрессированных родственников наоборот потребуют: «Предъявите ваши документы!» Чутьё! Любого солженицынца выведут на чистую воду!

Но какой же может быть «СССР-2.0», если в чём-то подозревать самих идеологов социализма-2 и многознающих людей с непременным дедом-смершевцем? Неужели гуру не верят в то, что заливают (на «Ётьюб», например)? Неужели у разоблачителей никакого деда-смершевца не было, и вся их сногсшибательная премудрость – повадки, усвоенные на кафедре спецпропаганды, а то и в школе милиции? В наше время тягостных сомнений, когда «всё понятно» даже про Юрия Владимировича Андропова, вне подозрений должны оставаться именно эти люди: хорошо упакованный идеолог на кафедре и потомственно сведущий человечек в зале.

А Егор Тимурович Гайдар весьма примечателен, даже приметен тем, что в СССР – обществе тотальной маргинализации, где испепелялись любые семейные накопления – был потомственным идеологическим работником высокого ранга.

Дед – участник гражданской войны, красный командир. (Много ли советский человек мог сходу назвать командиров гражданской войны пониже уровнем, чем замавзолейные Фрунзе, Ворошилов и Будённый, и чтобы это были персонажи не легендарно-анекдотические? В УССР был культ Щорса, был Котовский – Российской Федерации оставался Чапаев).

Классик советской детской литературы, произведениями которого форматировали советских людей в среднем с 7 до 14 лет. (В данном случае, не столь уж важно, родным ли дедом приходится Аркадий Гайдар Егору. Версия, что «жена-еврейка подкинула русскому писателю кукушонка» – это аргумент, утешительный для красных и снимающий лишние подозрения с советского мира. Для русских же – лишний повод задуматься о природе этого мира: «Что-то многовато неувязочек у советских!»).

Другой дед, Павел Бажов – тоже «русский советский писатель», но вообще-то большевистский комиссар из поколения Ворошилова.

Отец – загранкор, контр-адмирал по политической части, заведующий военным отделом «Правды».

Сам Гайдар после аспирантуры – сотрудник Всесоюзного НИИ системных исследований, конторы со своими ходами и в советские верха, и за рубеж. ВНИИСИ выпустил в кипящий распад 90-х подозрительно большое число людей, «что-то знавших».

Солженицын бодался с дубом. Гайдар оставался в КПСС до самого конца. В доперестроечном осмыслении советской реальности, по собственным признаниям, дальше Джиласа и Восленского не забредал. В перестройку радикалом не считался, работал завотделом экономики в журнале «Коммунист» и в «Правде» и выскочил, как из табакерки, осенью 1991 года.

В таком раскладе замена фигуры архиразрушителя понятна.

Кто более подозрителен? Молодой «ромбист» из высшего эшелона партийной идеологической обслуги, внезапно оказавшийся идеологом «распродажи советской империи»? Или русский писатель, по-аввакумовски пробредший всю советскую историю с войной, тюрьмой, провинциальным учительством, «реабилитансом», ограниченным успехом и опалой, с попытками предупредить «вождей Советского Союза» и читающее общество о приближении обвала, с изгнанием, с горестным обнаружением, что в холодной войне, как и в мировой, «хуже всего быть русским», с тщетными советами «Как нам обустроить Россию» и с горестной констатацией о «России в обвале»?

Кто более достоин осуждения? Русский писатель, предупреждавший о гражданском ничтожестве советской образованщины? Или кумир образованщины, приложивший руку к политике, что вышибла дух из немалой части его собственных обожателей?

Выходит, что Солженицын, писавший о русских мытарствах, призывавший жить по совести и обуютить истерзанную Россию, самого Гайдара сопоставивший с Лениным и упрекнувший: «Не пори, коли шить не знаешь», – будто бы лично погубил несметные миллионы народу, а советский номенклатурный чёрт из табакерки, продавивший конкретные исторические решения, противоположные русским интересам, – вроде как и не при чём. Что-то не заметно, чтобы вправду смешной и гадкий памятник Гайдару вызывал такую же ненависть, как увековечение Солженицына.

Не в том ли дело, что публицистика Солженицына, отнюдь не сводящаяся к спорному, в потёмках под глыбами написанному «Архипелагу», по-прежнему актуальна и в ней содержатся мысли, о которых простому фольку лучше не знать? Пускай побесятся на «бомбить Советский Союз». И шире того: не рассматривается ли где-то вариант окончательно припечатать Россию фигурой, на Гайдара весьма похожей, и не предпринимаются ли приготовления к тому, чтобы вместо чёрта из табакерки подопытные зверились на русских, скрежетали остатками зубов на «русофобов-антисоветчиков», покуда сами не будут, как следует, зафиксированы огурчиком-вивисектором?

И ещё шире. Перенос акцента с фигур советских горе-реформаторов на тему «чёрной лжи Солженицыных» окончательно переводит осмысление темы краха Советского Союза из сферы креденды (рационального, социально-договорного) в сферу миранды (квазирелигиозного).

С примитивнейшей, но рациональной точки зрения, долгое время господствовавшей в обществе, к обвалу 90-х привели самолюбивая некомпетентность Горбачёва и властолюбивый авантюризм Ельцина. Посему «не важно, какого цвета кошка, лишь бы она ловила мышей» и не шарахалась, а «застой» – это не так уж плохо, поскольку всё кое-как работает. Молиться при том допустимо каким угодно богам, если превыше них поставить государственное рацио и блюсти «стабильность».

Если же причина советского краха не столько в профнепригодности партийных руководителей и даже не в схватке у штурвала, сколько в массовом мыслепреступлении против «красного знамени славной Отчизны», против какой-то никогда не существовавшей, но изобретаемой сегодня советской идеологии (одновременно и «сталинской», и «развитого социализма»), то противостоять мыслепреступлению нужно любой ценой. А из этого следует снятие предохранителя, туго стоявшего на теме политической борьбы (постсоветскими людьми понимаемой единственно как популизм и авантюризм). Так что попытка легитимизировать нынешний режим в глазах сталинеющего электората, перевесив всех собак за распад СССР с «первого всенародно избранного» на Солженицына, с неизбежностью оборачивается противоположным: легитимацией идеи о допустимости любого сопротивления и возмездия «антинародному режиму», который-де в любом случае будет «антисоветским» и «власовским». Вопрос в том, каковы конечные цели и кто заказчики идеологических игр, что бы ни думали о «хитрых планах» сегодняшние лоялисты.

Есть и совсем простая причина забвения Егора Гайдара на фоне антисолженицынской истерии. Красным не хватает Аркадия Гайдара, из «комиссара детской литературы» (как назвал его левый диссидент Яков Цукерник) превратившегося в «деда того самого» и в трэш для эстетов – как правило, либерального пошиба. Новодворская хвалила.

Красная идеология, то и дело ссылающаяся на создание из ничего «самой читающей в мире страны», становится всё более внелитературной и внедуховной. Что поделаешь, если советские «мастера культуры» в массе оказались контрой? А если и не оказались, то приученные к поиску предателей новые красные запишут во враги любого, кто выше тележной оси.

Обезгероивание советской истории движется ежовскими темпами. Возможно, так оно кем-то и задумано. Однако даже в этом случае нужен какой-то положительный образ – «наш», в котором можно не сомневаться. Хотя бы для того, чтобы проще было охаивать остальных.

Аркадий Гайдар был бы «самое оно». Творчество детское – для впадающей в детство аудитории как раз. Участник гражданской войны – это хорошо, новые красные любят гражданскую войну. Картинку оставил обаятельную, что было несомненной удачей для советской мифологии. Это вам не дракула Островский, при абстрагировании от сыгравших Павку актёров напоминающий о демотиваторе с Зюгановым и новопионеркой: «Девочка, хочешь на труп посмотреть?»

И погиб Гайдар удачно. Для новой красной пропаганды вообще предпочтительны вовремя погибшие. Теперь уже – до 1953 года. С Гайдаром хоть альтернативную историю сочиняй – не всё же Берию спасать попаданцам.

И вот такая незадача с этим липовым внуком… Да забыть его, как страшный сон! И не такое теперь забывают! Главное, что «Солженицын бомбить Советский Союз»!

Бочка варенья да корзина печенья просто так не исчезают. Если они долгое время были навязчивым фактом, а потом исчезли – значит, нужно, чтобы о них основательно позабыли. Новое же, как известно – это хорошо забытое и готовое к применению старое.

Дометий Завольский, АПН

 

Рассказать

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *