Грузия. Как грузины мстили русским за развенчание культа личности Сталина

Музей Сталина в Гори, Грузии

Прошел очередной юбилей российско-грузинской войны 2008 года. О событиях 11-летней давности мало кто вспомнил. Хотя этот год ознаменовался, хотя бы на уровне «очень плохих высказываний в отношении Великого Лидера», своеобразным рецидивом подзабытого конфликта.

После инцидента тема Грузии очень быстро перестала быть актуальной. Хотя поначалу российская власть попыталась заставить грузин «отвечать за базар», но иверийцы приняли информационные контрмеры.

На всех российских радиоканалах вдруг захрипел поклонник Бандеры Кикабидзе, на ТВ чередой пошли фильмы русоненавистника Иоселиани и не особого любителя России Данелия. На том все вроде бы и прекратилось. Только туристов из России в Грузии стало меньше.

Однако вопрос: «Что же представляет собой российско-грузинский цивилизационно-культурный тандем? И есть ли он в настоящее время», – так и остался открытым.

Автор статьи, не раз, – впервые еще ребенком, – бывал в «Солнечной Грузии», слышал рассказы родителей, имею живущих там друзей. Поэтому, – по возможности беспристрастно и нейтрально, – я решил сделать несколько социологических мини-очерков по русско-грузинской теме.

Картина в музеи Сталина в Гори. Профессиональный грузинской революционер в пока ещё сытой дореволюционной стране

1958 год. Путешествие матери.

 

Моя мама, учительница русского языка, из-за болезни глаз, вызванной проверкой бесчисленных тетрадок, решила получить заочно второе высшее образование преподавателя географии. В 1958 году, перед окончанием учебы, администрация пединститута утроила для выпускников недельную «учебную поездку» в Грузию с целью показать все что нужно будущим географам: природу, промышленность, сельское хозяйство и прочее.

Передвигались еще студенты на двух автобусах, загруженных помимо людей матрасами. Ночевали, – это был июль месяц, – в пустующих школах. Маршрут проходил так: выезд из города Орджоникидзе, – ныне Владикавказ, – , потом по Дарьяльскому ущелью через крестовый перевал в Тбилиси, оттуда на марганцевые рудники Чиатуры с небольшим заездом на угольные шахты Ткибули, далее промышленный Кутаиси с посещением карстовой пещеры, Батуми, Поти, Гагра с озером Рица, Сухуми. Далее в родной РСФСР, посетили дендрарий в Сочи, а затем, уже без остановок – домой.

Тут надо сделать небольшой экскурс в историю. В 1956 году Никита Хрущев сделал знаменитый антисталинский доклад на XXсъезде КПСС. В Грузии этим многие были весьма недовольны, Сталина там почитали (и было за что) больше, чем где-либо в СССР.

Поэтому с 5 марта 1956 года, – дня смерти Сталина, – в Тбилиси начались стихийные митинги протеста против десталинизации. Грузины считали что заслуги Сталина перед страной неизмеримо велики и критиковать «святого человека» – кощунство.

Так же, о чем сейчас мало вспоминают, в Грузии, особенно в ее части Мингрелии, был народный культ «невинно убиенного» Лаврентия Берия. Кульминацией митингов стало 9 марта, когда у главпочтамта Тбилиси по митингующим был открыт пулеметный огонь, погибли по разным оценкам от 15 до 150 человек.

Так вот, вернемся к путешествию моей мамы. Перед выездом в Грузию, еще в Осетии, куратор группы привел некого «человека в штатском», который провел подробный инструктаж всем заочникам в плане будущей поездки. Его речь, по воспоминания мамы, была примерно такой:

Вы едете в Грузию. В большинстве вы русские. Так вот, там сейчас есть много элементов, ненавидящих русских за развенчание культа личности Сталина и уничтожение Берии. Идут убийства русских. Будьте предельно бдительны. Не отрывайтесь от группы. Общение с местными сведите к минимуму, никаких разговоров о политике. Ни в коем случае не выходите из школ с наступлением сумерек. Не шумите в местах ночевок, не пойте песен.

Просто за русскую речь в любом месте, даже днем, вы рискуете получить удар ножом. Таких случаев множество, можно сказать они имеют массовый характер. Перед ударом ножа, вы, если живы останетесь, наверняка услышите: «Мстим за Сталина. Мстим за Берию».

Всякие предложения типа: «Давайте зайдем за угол, я недалеко живу, выпьем стаканчик вина», – отвергать с ходу. Лучше вообще в разговоры не вступать. Крайне нежелательно заходить в питейные заведения. Если что надо из еды и питья – покупайте в магазинах днем, на глазах членов группы.

После такого напутствия все члены группы старались быть крайне осторожными. Поездка прошла без эксцессов. Но при посещении карстовой пещеры под Кутаиси (или Ткибули) грузин -проводник в пещеру демонстрировал явную ненависть и презрение к русским, говорил только по-грузински с приставленным местным гидом. Потом гид, оправдывался: «Этот старик был пастухом и открыл эту пещеру, нашел вход и первый туда попал. Сообщили властям, приехали ваши русские геологи, и открытие приписали себе, а о нем даже не упомянули. С тех пор он не может простить обиду».

Что еще отмечала мать о поездке, так это богатство грузин по сравнению с русскими и украинскими селами на российской стороне Кавказского хребта. Особенно всю группу шокировало наличие в селах сетевого газоснабжения. Для 1958 года это смотрелось как чудо, все равно, если бы у кого-то сейчас в огороде личный самолет стоял.

Экспонат в музеи Сталина в Гори

1979 год. Экскурсия русских школьников.

 

Моё первое посещение Грузии, вернее столицы Тбилиси, состоялось в 1979 году. Мне тогда было 12 лет. Экскурсию нашему классу и нескольким учителям организовала школа, длилась она всего два дня. Приехав через Крестовый перевал в Тбилиси, мы остановились почти на окраине города вблизи стадиона «Локомотив». Поездка была организована не столько для детей, как для учителей. Последние практически все время посвятили походам по тбилисским рынкам и закупкой дефицитных в России тряпок. Особенно ценились плющевые ковры с оленями, как сейчас помню – 28 рублей цена. Дети вынужденно ходили вслед за учителями по рынкам, так что красоты Тбилиси мы и не видели. Даже в «Воды Логидзе» и в метро наши старшие нас не сводили. И вообще центральный проспект Руставели я практически не помню. Помню только огромный базар с развалами одежды.
Но во второй половине дня мы, фактически дети, получили возможность стать свободными. В окрестностях стадиона я парой друзей обнаружили советского типа столовую с подносами.

Но меню было только на грузинском, ничего не понятно. На все наши вопросы и просьбы: «Тетя, а что нам можно взять покушать?», – сидевшая на кассе грузинка не отвечала, она нас, русских детей, откровенно игнорировала, «в упор не видела», всем видом демонстрируя отвращение и брезгливость на холеном лице.

Я не помню, но вроде бы нас она так и не обслужила, и мы ушли из столовой голодными. Нашли булочную, купили какие-то плюшки. На улице в розлив продавали очень вкусный лимонад, им и выпечкой мы и наелись. Случай в столовой настолько врезались мне в память, что все положительнее моменты последующих поездок, до сих пор не могут это перебить. Детская память она такая…

Сильно не повезло моему однокласснику. Он решил погулять по парку за стадионом и там столкнулся с тремя, примерно одного возраста с ним юными грузинами. Один из троицы мгновенно зашел русскому «туристу» за спину и схватил его за плечи, второй вынул нож и приставил к горлу, третий обшарил карманы и выгреб все деньги. Потом троица спокойно ушла. Ограбленный, с непреходящим ощущением ножа у горла, двенадцатилетний мальчик прибежал весь в слезах. У него был сильнейший нервный срыв, потом его мать даже к врачам возила на лечение. После этого инцидента, наши старшие запретили всем куда-либо отлучаться, а наутро мы из-за шокового состояния одноклассника спешно покинули «гостеприимную Грузию».

Супермаркет в Грузии

 1999. Из Турции в Россию.

 

Но моя личная «грузинская история» не сводится только к негативу.

В 1999 году я решил сделать большое автостопное путешествие вокруг стран Черного Моря. Начав с Украины я в конце концов, очутился на турецко-грузинской границе. Со стороны Турции зажатый между морем и скалой узкий проход закрывал высокий металлический забор. Получив паспорт со штампом выезда я, вместе с нагруженными сумками грузинскими «челноками» (это был 1999 год, тогда, если кто забыл, существовали «челноки» – мелкие торговцы-перекупщики закупавшиеся в Турции или других странах товарами, которые потом в огромных сумках на себе везли для последующей перепродажи).

Но вот ворота открылись и нас пустили в межграничное пространство. В паре метров от турецкого забора стоял сваренный из металлической трубы шлагбаум. За ним положив руки на трубу и опершись подбородком на скрашенные ладони стоял упитанный грузинский пограничник. Одет он был в советскую форму-«афганку», только на кепке была грузинская кокарда. На ремне свисал короткий автомат АКСУ.

Не замечая земляков с сумками, пограничник на хорошем русском языке обратился сразу ко мне с вопросом: «И откуда тебя несет, странник»? В этот момент я ощутил, что все-таки я вернулся на Родину, хоть и в распавшийся СССР, но на Родину.

После меня отвели к грузинскому «кгбешнику» (тогда только началась Вторая чеченская война, и из Турции к чеченцам ехали всякого рода «добровольцы»). Тот вежливо расспросил меня о цели визита и пожелал счастливого пути. Выйдя за пределы таможенной зоны, я увидел, то большинство «челноков» уже разъехалось. До Батуми надо было добираться около 15 километров.

Стояло одно маршрутное такси поджидавшее новых клиентов. Но у меня совсем не было грузинских денег, были только турецкие лиры. Однако обменного пункта, как я надеялся, на границе не оказалось. Я предложил водителю турецкую валюту за проезд, но он раздраженно рявкнул: «Садись в машину»! Я сел, зажал коленями рюкзак и стал ждать. Вскоре такси заполнилось, пассажиры стали передавать деньги и одна «челночница» передала двойную сумму, сказав по-русски, указывая на меня: «Это и за него». Реакция водителя была странной. Он резко, на повышенном тоне, обращаясь к женщине, заявил: «Убери свои деньги! Я этогобесплатно везу»! Женщина деньги убрала, а потом эти 2 лари незаметно сунула мне в руку. Я не отказался.

Приехав в Батуми, я поменял турецкие лиры и пошел побродить по городу. Вскоре меня известили, что железная дорога работает нерегулярно и для посадки на поезд в Тбилиси надо ехать куда-то за город. Маршруткой я приехал на маленькую железнодорожную станцию, где находились два человека, начальник станции и одетый полностью в советскую, включая гербы в петлицах и кокарду на фуражке, униформу, милиционер. Но выяснилось, что нужный мне пассажирский поезд ходит раз в двое суток и ушел утром.

Видя мое разочарование, начальник станции сказал: «Но ты не волнуйся, ночью пойдет товарный поезд на Хашури, я постараюсь тебя в него посадить. Ночью пришел товарняк, начальник подозвал меня и представил машинисту, кстати русскому. После инструктажа типа «ничего не крутить и вообще не трогать», меня посадили в заднюю кабину тепловоза, и утром я был в Хашури. Оттуда электричкой доехал до Гори, имея цель посетить Музей Сталина. В электричке контролеры собирали деньги за проезд с пассажиров, но на меня почему-то не обратили внимания и денег не взяли. В Гори я приехал достаточно рано, около 8 утра и сразу двинулся к музею.

Проводником был хорошо говоривший по-русски старик грузин, по ходу рассказывавший мне о себе. «Я ветеран войны, пенсия у меня 40 лари (что-то около 20 долларов) но вот уже три месяца мне ее не выплачивают. Нет денег. Я сейчас иду к банку, чтобы к открытию быть первым в очереди, и если повезет, туда завезут деньги я может быть получу хоть часть пенсии. Жить не на что. Моя дочь, хороший врач-специалист, не выдержала и уехала работать в Россию. Я живу теперь один, жена умерла». На мой вопрос о том, не собираются ли снести последний в СССР памятник Сталину, старик ответил: «А кто позволит? При Хрущеве попытались, но весь город стал вокруг монумента бульдозеры и на площадь въехать не смогли».

Так мы дошли до музея, однако выяснилось, что работает он только с 10 утра. Побродив два часа по окрестностям, посетив Площадь Сталина и полюбовавшись знаменитым монументом, я вернулся к музею. Охранял его милиционер, опять-таки в советской форме с советскими гербами в петлицах. Правда кокарда на фуражке была грузинская.

После открытия музея, я внутри здания подошел к женщине, которая одновременно была директором, билетером и экскурсоводом и показал ей музейное российское удостоверение, полученное мной при работе в археологической партии. «О, так вы наш коллега! Денег я с вас не возьму, и вообще проведу туда, куда мы простых посетителей не водим. Сначала она открыла маленький однокомнатный «домик матери Сталина» и показала мне его содержимое: деревянную кровать, стол и, единственный сохранившийся принадлежавший матери вождя подлинный предмет: маленькое зеркало в круглой раме. Потом она повела меня к бронированному личному вагону Сталина, в котором он ездил в Тегеран, Потсдам и прочее. Личное купе Сталина оказалось очень маленьким, с небольшим диваном. В купе был закуток-туалет с умывальником и металлическим унитазом. На унитазе лежало деревянное кольцо.

Затем мы вернулись собственно в музей, и там я по трем этажам уже гулял самостоятельно. Под всеми экспонатами были подписи на грузинском и русском языках.

Посетив музей, я вышел к автостанции и на автобусе доехал, – тогда проблем никаких не было, – до столицы Южной Осетии Цхинвала. Только я ступил на югоосетинскую землю, как увидел идущий в Россию автобус на Горячеводск. Этот городок, пригород уже российского Пятигорска, славился огромным вещевым рынком, – кавказским аналогом Черкизона. Я махнул рукой и вскоре уже сидел в заполненном на треть «челноками», а на две трети их огромными сумками, автобусе. Я попытался предложить водителю-осетину плату за проезд, но тот, в лучших традициях отказался брать с меня деньги, а потом уже на российской территории во время остановки купил мне шашлык.

Следующий раз я посетил Грузию уже в 2011 году, во время правления Саакашвили.

Юрий Сошин, АПН

Рассказать

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *